Роман Решетюк, партнер LEON Family Office

Эпохе агрессивного использования офшоров приходит конец 

Уходящий 2018 г. ознаменовался для российских владельцев частного капитала началом фундаментальных изменений в подходе к использованию иностранных офшорных компаний.

Начать стоит с того, что принятие плана борьбы с размыванием налоговой базы и выводом прибыли (Base Erosion and Profit Shifting – BEPS, был одобрен странами «двадцатки» в 2013 г.) повлекло за собой существенные изменения в международном налогообложении. Одна из целей BEPS – обеспечение налогообложения дохода в юрисдикции, где он был получен, а также предотвращение его перемещения в низконалоговые (или безналоговые) юрисдикции.

Кроме плана BEPS атака на офшорные юрисдикции велась еще с нескольких рубежей. Это заработавший автоматический обмен информацией между странами в рамках единого стандарта обмена (Common Reporting Standard – CRS), который фактически упразднил тезис «офшор = конфиденциальность», а также внедренные в России правила о контролируемых иностранных компаниях (КИК).

В прошлом финансовые учреждения не так пристально рассматривали офшорные компании своих клиентов, во многом вставая на их сторону; зачастую было достаточно, чтобы клиент удовлетворял хотя бы минимальным требованиям. В конечном счете, чем быстрее будет пройдена проверка (комплаенс), тем быстрее банк получит ликвидные средства клиента.

Сейчас картина кардинально меняется. Так, Центральный банк Кипра (страны, где многие состоятельные россияне регистрируют фирмы для ведения бизнеса или управления личными финансами) в июне потребовал от местных банков не работать с компаниями, имеющими признаки фиктивных. Таковыми могут считаться зарегистрированные на острове компании, у которых нет физического представительства или которые не ведут активной предпринимательской деятельности. В ноябре, правда, ЦБ Кипра смягчил подход. Теперь он, в частности, может не считать фиктивными компании, которые выполняют казначейские функции или владеют акциями других компаний, чьих конечных бенефициарных владельцев можно установить.

Становится очевидно, что для предпринимателей наличие в их группе компаний из низконалоговых (или безналоговых) юрисдикций может стать большой проблемой. Это существенно ухудшит репутацию такого клиента в глазах комплаенс-отдела банка, где планируется открыть или дальше обслуживать счет.

Финансовые организации также серьезно ужесточают подход к подтверждению истории и источников происхождения средств, которые планируется размещать на банковском счете. Например, в 2017 г. в Великобритании был принят закон о финансовых преступлениях (Criminal Finances Act), по которому уполномоченные органы получили право требовать от собственников дорогостоящего имущества объяснить происхождения средств, на которые оно было приобретено. Этот закон касается и банков, которые принимают средства на счета клиента. По сути, представитель банка становится чуть ли не первым лицом, которое может сообщить о подозрениях в отношении предстоящей или совершившейся транзакции.

На наш взгляд, этот закон сподвигнет не только британские, но и континентальные европейские банки более скрупулезно оценивать источники происхождения капиталов. На практике это может выразиться следующим образом.

В рамках процедуры приемки клиента банки начнут проверять конкретные источники происхождения каждого доллара, который планируется перевести на банковский счет. Истории о том, что капитал начал формироваться в 1990-е гг. и многие документы не представляется возможным восстановить, уже не сработают. Клиентам потребуется подтвердить всю цепочку движения средств, возможно даже с приложением документов и банковских выписок. В современной российской реальности, когда многие предприниматели зачастую даже не задумываются о том, с каких компаний контрагент отправляет им платеж по договору и откуда эти компании берут средства для платежа, одна операция с участием подозрительной офшорной компании, даже не принадлежащей самому клиенту, может закончиться для него попаданием в черный список, блокировкой операционных счетов и проч.

Подводя итог, можно с уверенностью констатировать, что эпохе агрессивного бездумного использования офшоров при каждом удобном случае приходит конец.

В ближайшие год-два лучшей стратегией было бы совершение следующих действий.

Во-первых, полное восстановление истории происхождения капитала и формирование архива информации и документов, которые позволят четко отследить, каким образом средства были заработаны и как они впоследствии попали в структуру. Для формирования подробного файла, который подойдет любому банку, можно воспользоваться услугами международных консалтинговых фирм.

Не стоит забывать и о том, что на каждую иностранную компанию, принадлежащую российскому бенефициарному собственнику, должно быть подтверждение о подаче властям уведомления о КИК (или об участии в иностранной организации). Без этого уже сейчас не получится пройти комплаенс ни в одном банке.

Во-вторых, ликвидация офшорных компаний или их миграция в «оншорную» юрисдикцию. Например, в последние годы эффективно налажен и работает механизм перевода компании с Британских Виргинских Островов на территорию Кипра).

В-третьих, создание полноценного присутствия для компаний и структур в оншорной юрисдикции (собственный офис, персонал, деловая активность и проч.).

Мнения экспертов банков, финансовых и инвестиционных компаний, представленные в этой рубрике, могут не совпадать с мнением редакции и не являются офертой или рекомендацией к покупке или продаже каких-либо активов

«Статья для газеты Ведомости»

Спасибо за заявку
Ожидайте нашего звонка.